11 августа 1979 года в юго-западном секторе Харьковского районного центра метеообстановка выдалась непростой: небо с утра было затянуто облаками, просветы небольшие; высота кучевых облаков достигала 9000 м. В 12.53 из аэропорта города Воронежа вылетел самолет Ту-134А, Молдавского управления гражданской авиации. Среди 88 пассажиров - 16 детей в возрасте до 12 лет. В 13.11 по московскому времени из Донецка поднялся в воздух еще один лайнер Ту-134А, Белорусского управления гражданской авиации, среди них - футболисты ташкентского «Пахтакора», летевшие на матч с минскими динамовцами. Маршруты полета молдавского и белорусского лайнеров пересекались под прямым углом в районе города Днепродзержинска, причем истинный интервал прохождения самолетами этого «воздушного перекрестка» составлял менее минуты. В 13.34, после подтверждения прохода Днепропетровска,Беллоруский Ту-134А получил разрешение подняться на высоту 8400 м и ждать разрешения продолжать подъем, так как навстречу на высоте 9000 м летел Ил-62. Из-за множества ошибок диспетчеров в 13.35.38 произошло страшное: молдавский Ту-134А врезался под углом 95 градусов в белорусский лайнер. Ничто не могло предотвратить трагедию: оба самолета шли в облаках, пилоты не имели возможности визуально обнаружить друг друга и отвернуть в сторону. Огромные встречные скорости, страшная сила удара и большая высота полета не оставили пассажирам ни единого шанса на спасение. Падение лайнеров наблюдал экипаж самолета Ан-2, Донецкого авиапредприятия.Немного правее их курса, в опасной близости, из облаков падали обломки самолета: искореженный хвост, куски крыла, стойки шасси и... люди. Его сообщение наземные службы приняли в 13.40, а в 14.08 с аэродрома Подгороднее взлетел Ан-2 поисково-спасательной службы. Очень скоро его командир доложил, что в районе деревень Куриловка, Николаевка и Елизаветовка разбросаны металлические обломки, человеческие тела и замечены два очага пожара. К месту падения самолетов немедленно направились милицейские наряды, а к вечеру весь район катастрофы оцепили войска.
Началась кропотливая работа по сбору обломков самолетов и человеческих останков. Упавшие с высоты восьми километров люди превратились в кровавое месиво; опознать погибших удавалось только по паспортам, которые имелись у всех взрослых. Детей опознали не всех, что вызвало массу конфликтов, недовольство родственников. Учитывая масштабы трагедии, а в катастрофе погибли 178 человек, создали специальную правительственную комиссию: наряду с представителями Аэрофлота, авиационными экспертами и судебными медиками в нее вошли представители Министерства обороны. Выяснение обстоятельств катастрофы начали с исследования обломков самолетов. После тщательного изучения сделали следующий вывод: «В процессе обслуживания обоих самолетов дефектов, которые могли бы служить причиной летного происшествия, не обнаружено. Техническое обслуживание проводилось в соответствии с требованиями регламента, НТВС-71 и указаниями МГА. В аэропортах Воронеж и Донецк нарушений по загрузке, заправке и центровке не установлено. На борту не имелось запрещенных к перевозке предметов и вещей, способных вызвать аварийную обстановку. Состояние радиотехнических средств УВД, навигации и связи не могло оказать отрицательного влияния на развитие событий. Метеообеспечение не могло стать причиной катастрофы. В районе Харьковского РЦ ЕС УВД 11 августа с 13 до 14 часов запусков шаров-зондов, боевых стрельб и запусков ракет не производилось. Уровень профессиональной подготовки летных экипажей обоих воздушных судов, а также опыт их работы не являются причиной авиакатастрофы». Стало совершенно ясно, что трагедия произошла по вине диспетчеров Харьковского РЦ. Диспетчеры были арестованы, началось следствие. В ходе его выяснилось, что, несмотря на высокую квалификацию, один из диспетчеров неоднократно получал взыскания за нарушения технологии работы и фразеологии радиообмена во время управления воздушным движением. А за три месяца до катастрофы он допустил опасное сближение в воздухе пассажирских авиалайнеров Ил-18 и Ту-134, летевших на высоте 8400 м. Роковая ошибка была допущена диспетчером в тот момент, когда он решил, что фраза «Понял... (неразборчиво) восемь тысяч четыреста» произнесена командиром белорусского воздушного судна. Проведенная экспертиза магнитофонной записи установила, что данная фраза принадлежала командиру Ил-62 №86676. Полностью она звучала так: «Понял, шестьсот семьдесят шестой, восемь тысяч четыреста». Нелепая ошибка: ответ одного экипажа диспетчер принял за рапорт другого, не потребовав повторения. Более минуты Ту-154 белорусского авиаотряда продолжал следовать прежним курсом и на прежней высоте, пока не врезался в молдавский лайнер. Из акта государственной комиссии: «Действия диспетчеров по управлению самолетами, с учетом допущенных ими отклонений и нарушений наставлений по производству полетов гражданской авиации, технологии работы и должностной инструкции оказали прямое влияние на возникновение аварийной ситуации и развитие ее в катастрофическую с последующим столкновением в воздухе». Расследование длилось почти год. И дело не столько в технических трудностях, сколько в межведомственном противостоянии заинтересованных сторон. В этой трагедии пересеклись интересы министра обороны и министра гражданской авиации . Вся информация стекалась в Генеральную прокуратуру СССР. На месте падения самолетов были найдены «черные ящики», по ним и восстановили картину случившегося. Виновные понесли суровое наказание: диспетчеры были осуждены на 15 лет лагерей каждый.


All rights reserved. 2011-2012. Количество посещений: Система Orphus